Что ждет автомобили в армии?

Кандидата в «новобранцы» тестируют в климатической камере, где нестерпимый зной чередуется с арктическим холодом. А еще неминуемы испытания под шквальным ветром с дождем, «высокогорьем» и пыльной бурей. Затем машине предстоит выдержать тяжелейшие нагрузки на трассе полигона. Скажем, на так называемом косоволновом участке металлическую конструкцию будет скручивать, словно полотенце. И все ради того, чтобы убедиться в заданных возможностях и высокой надежности новой военной техники. Опытные образцы автомобилей, успешно прошедшие через подобные передряги, могут попасть в оборонный заказ. Но всегда ли попадают, и какими становятся в серийном исполнении — об этом разговор особый.

Военные считают, что Российскую армию нужно оснащать автомобилями только отечественного производства. Более того, техника и собираться должна полностью из наших деталей. Чтобы боеготовность армейского транспорта, а значит Вооруженных сил в целом, не подорвалась бы прекращением поставок каких-нибудь сальников или реле из страны, ставшей вдруг недружественной. При этом отечественные производители, предлагая военным новые образцы, скажем, командирских автомобилей, едва ли не каждый из них именуют заносчивым титулом «русский Hummer». Словно доказывая, что в состоянии дотягивать свою продукцию до уровня зарубежного эталона армейской машины. Их амбиции особенно понятны после быстротечной войны в Ираке. Там вездесущие Hummer в самом разнообразном оснащении и различного назначения стали едва ли не главными «героями» телерепортажей, символами чрезвычайно мобильной, наступающей, по-настоящему современной армии. Так неужто и мы, опираясь исключительно на собственные силы, тоже можем располагать чем-то подобным?

В Главном автобронетанковом управлении (ГАБТУ) Министерства обороны РФ, куда я пришел с этим вопросом, меня познакомили с грустной статистикой. Она очень наглядно показывает, в каком состоянии пребывает сегодня автопарк Российской армии. К примеру, за рубежом строго выдерживается норма, при которой не менее 60% военных автомобилей имеют срок службы до 6 лет. В этом — подтвержденная практикой гарантия работоспособности транспортных средств, без которой невозможно поддерживать высокую боеготовность войск. У нас же ситуация диаметрально противоположная. Почти 60% автомобилей служат в армии более 12 лет, то есть с советских еще времен. И лишь 3% машин — в возрасте до 6 лет.

— Больше половины военного автопарка требует незамедлительного обновления, — рассказывает начальник ГАБТУ генерал-полковник Сергей Маев. — В войсках, конечно, стараются поддерживать каждую штатную машину в работоспособном состоянии. Но, продлевая лишь на год службу автомобиля, который по всем нормам эксплуатации давно пора отправлять в утиль, мы вынуждены всякий раз увеличивать расходы по его содержанию на 10%. Получается замкнутый круг. Выделяемые из госбюджета средства позволяют удовлетворить не более 3% потребности Вооруженных сил в закупках новой автотехники, а сохранение старья обходится все дороже. А чем измерить моральное старение автомобилей, про большую часть которых можно сказать, что это не просто вчерашний день, но и прошлый век? Ладно, было бы нечем их заменить, так есть же немало хороших разработок. И даже готовых к массовому производству автомобилей, ничуть не уступающих лучшим образцам зарубежной военной техники. Кстати, создавали их по заказу Министерства обороны, но с обязательной ориентацией на так называемое двойное применение — как военное, так и гражданское. Каждая из этих машин может стать для отечественного автопрома той продукцией, что принесет немалую коммерческую выгоду.

«Козлов» заменят «Барсы»
Вообще у нас в стране давно имеется собственный автомобильный символ армии, тот самый, что по традиции зовется «козлом». Тридцать лет назад Ульяновский автозавод начал выпускать довольно простой в обслуживании и относительно дешевый внедорожник УАЗ-469, ставший действительно главным средством передвижения для командиров и офицеров штабов всех уровней — от полкового звена до военных округов.

В 80-х годах Вооруженные силы еще могли всерьез обновлять автопарк и начали заменять УАЗ-469 на его модернизированную версию. Обозначенный новым индексом, УАЗ-3151 располагал уже не 75-сильным мотором, как у предшественника, а верхнеклапанным двигателем мощностью 92 л.с. И, собственно, машины этой модели, претерпев еще ряд модернизаций, дошли в большом количестве до наших дней, составляя ныне основу командирского транспорта Российской армии. Они хорошо послужили, но в годы экономических передряг и тотального сокращения расходов государства на оборону выработали свой ресурс почти до предела. Заменять их чем-то все равно придется.

В 21-м Научно-исследовательском испытательном институте МО РФ, который занимается составлением технических заданий на разработку автомобилей для армии, а затем определяет пригодность готовых образцов к использованию в войсках, говорят, что вновь тиражировать пусть и проверенную временем машину, по меньшей мере, не рационально. Крайне ограниченные средства, выделяемые сейчас на закупки военной техники, конечно же, лучше тратить на перспективные модели. Жизнь ведь предъявляет все новые требования к автомобилям, в том числе армейским. Но с учетом все тех же экономических трудностей в стране проблему обновления автопарка Вооруженных сил не решить без компромисса. Выпускать принципиально новые модели для армии с использованием самых передовых технологий, намечено с 2010 года. А до конца текущего десятилетия придется закупать основательно модернизированные машины, чье производство не потребует немедленного и радикального изменения технологических процессов, замены оборудования на заводах и, стало быть, чрезмерных затрат. Речь о модели УАЗ-3159 «Барс», выпуск которой наладил Ульяновский автозавод.