Страхолохотрон работает

1:1 в пользу денег

Страховое дело в России еще со времен тоталитаризма олицетворялось непримиримой борьбой низов с верхами: клиент всегда норовил урвать побольше, а государство – отдать поменьше. Славная традиция разводить сограждан окрепла и перекочевала в рыночную эпоху, где «верхи» набрались опыта и сконструировали вовсе изощренный механизм собственного ожирения.

Наблюдая за схватками между страхователями и страховщиками, мы всякий раз убеждались: на подмогу страховым компаниям пришел и новый Гражданский Кодекс, позволяющий расставлять клиенту хитрые ловушки, и сам клиент, нередко разрешающий себя шельмовать.

А намедни мы совершили и вовсе любопытное открытие: на переломе двух веков народился, а ныне занял наступательные позиции класс жуликоватых автовладельцев, которые готовы утвердить на страховом поле брани баланс сил.

Итак, по порядку…

Развод по-российски

Надуть себя по статистике дает примерно каждый третий клиент. Его, на все согласного, видно с первого взгляда: при заключении договора он свято верит в то, что правила страхования, разработанные компанией под себя, выше Гражданского Кодекса. А потому, даже если они противоречат ГК, следовать необходимо только им.

Между тем, прежде чем вступать в какие-либо отношения со страховой компанией, важно знать, что ГК – это закон один на всех, а правила у каждого страховщика чаще всего – совершенно разные. Стало быть, если они противоречат гражданскому законодательству, вступать в финансовые отношения с их авторами чревато…

Во избежание недоразумений весьма полезно заключить в письменном виде договор, в котором будут подробно прописаны абсолютно все условия страхования и оговорены все возможные риски. Необходимо пропускать мимо ушей заверения страхового агента в том, что страховой полис как раз и является договором страхования. Надо помнить, что полис – это лишь документ, подтверждающий, что между клиентом и страховой компанией заключен договор.

Не следует открывать рот на весьма модные пластиковые карты страхования, единственное удобство которых заключается в том, что они активируются с телефона так же, как карты мобильной связи. Риск выбросить деньги в помойку в этом случае чрезвычайно велик. Во-первых, пластиковая карта – отнюдь не договор страхования (а потому даже не предусмотрена ГК), ибо на ней под обязательствами сторон отсутствуют подписи и «живая» печать. Во-вторых, известны случаи, когда при активации карты по телефону клиент попадал «не туда». И любители подшутить поздравляли его с началом действия страхового полиса…

Столь же неразумно позволять страховщику ловить себя на игре слов «угон» и «кража»: у большинства компаний страхование риска лишиться автомобиля называется «страхованием от угона». Известны случаи, когда, не желая выплачивать деньги за бесследно исчезнувший автомобиль, страховщики тыкали пальцем в статью 166 Уголовного Кодекса, которая трактует угон как неправомерное завладение автомобилем без цели хищения, и убеждали клиента в том, что надо подождать, пока злоумышленник накатается вдоволь и машину вернет.

Ждать приходится в лучшем случае не менее двух месяцев, ибо лишь по истечении этого срока следствие, не обнаружив пропажу, обязано переквалифицировать угон в хищение – то есть подтвердить, что автомобиль увели не с целью покататься, а с намерением окончательно завладеть. Впрочем, страховщику и здесь удается отвертеться от немедленных выплат: он начинает собственное расследование по делу, которое может тянуть до тех пор, пока у него не появятся свободные деньги… Нередко хитроумные страховщики требуют от клиента подписать мировое соглашение о том, что он, конечно же, получит деньги за похищенный автомобиль, но в случае обнаружения пропажи эти деньги вернет. Логичное, казалось бы, требование, на самом же деле не только абсурдно, но даже и не предусмотрено законодательством, ибо ставит клиента в пикантную позу. Ведь ему, получившему компенсацию и купившему новый автомобиль, старый с перебитыми номерами уже не нужен и задаром. Но так же не нужен он и страховой компании, которая после выплат клиенту де-юре стала его собственником. Поэтому, пользуясь своим правом ставить условия, страховщик открыто заявляет: «каждому свое: вам – ваш автомобиль, нам – наши деньги». Не понимая того, что выполнение такого требования не может являться условием возмещения стоимости похищенного, клиент почти всегда поддается на провокацию.

Разводят страховщики иногда и вовсе грубо. В случае кражи дорогого автомобиля у клиента они требуют копию справки-счета, ибо понимают, что в ней, скорее всего, указана иная – более низкая стоимость. И, хотя пострадавший не обязан представлять справку-счет, он по собственному недоумию привозит ее копию из автосалона и подписывает себе приговор: ему не выплачивают даже ту сумму, которая указана в справке, ибо относительно стоимости его автомобиля он «ввел компанию в заблуждение». Откуда ж ему, горемыке, знать-то, что стоимость автомобиля определяется только один раз – при заключении договора страхования…

Жуликоватые страховщики зачастую ловят клиентов и на откровенной лжи: ссылаясь на Гражданский Кодекс, они отказывают в возмещении ущерба, причиненного в ДТП, если клиент нарушил какой-либо нормативно-правовой акт, например, правила дорожного движения. Поскольку они одно ДТП не случается без нарушения правил дорожного движения, у страховщика возникает достаточное основание оставить клиента без денег! Между тем, в ГК упоминаний о каких-либо нормативно-правовых актах, несоблюдение которых влечет отказ в выплатах, не было и нет!